Проблемы строя в гитарном исполнительстве. Часть первая.

Возможно, кто-то из читателей уже знаком с моими статьями, посвященными творчеству таких мастеров, как Сантос Эрнандес, Герман Хаузер и Испанской Школе изготовления гитары. Тема этой статьи также связана с инструментоведением, но на этот раз я несколько изменил подход, и рассматриваться будет не работа конкретного мастера, а такой важнейший в музыкальном исполнительстве фактор, как качество строя инструмента. В данной статье я попытаюсь проанализировать распространенные причины интонационных погрешностей гитарного исполнения, а также проследить связь качества строя с такими аспектами исполнительства, как эстетика звучания и музыкальная выразительность. Статья адресована гитаристам и педагогам.

• Строит ли гитара?

Качество строя гитары — одна из довольно часто обсуждаемых и дискуссионных тем. Расхожим и укоренившимся мифом является мнение, что классическая гитара строит значительно хуже многих других инструментов и, строго говоря, по-настоящему точно строить в принципе не может. На мой взгляд, это довольно вредное заблуждение, прививающее гитаристу комплекс неполноценности и, увы, многими исполнителями использующееся как индульгенция, дающая право на плохую интонацию. При этом возникает парадоксальная ситуация: с одной стороны, очевидно, что есть целый ряд гитаристов, чьё исполнение помимо прочих достоинств радует нас в том числе и хорошей интонацией. Эти, не такие уж редкие примеры, дают нам право говорить, что гитара способна строить на высоком профессиональном уровне. С другой стороны, качество строя многих и многих, подчас даже знаменитых и статусных исполнителей, зачастую действительно бывает не на высоте. Не требует дополнительного обсуждения тот факт, что плохо строящая гитара мешает развитию слуха и художественного вкуса играющего на ней (и, разумеется, слушателя), затрудняет ансамблевую работу. Сторонники того мнения, что гитара фатальным образом неспособна давать точные интервалы, часто ссылаются на темперацию. Действительно, строй гитары темперирован, и она строит или, если хотите, не строит, так же как и остальные темперированные инструменты с фиксированным звукорядом (1). Периодические сравнения по этому параметру гитары с каким-нибудь другим инструментом, например, с фортепиано, (не в пользу первой конечно), связанны с тем, что обычно предпочитают сравнивать ухоженный концертный рояль с гитарами невысокого класса. У фортепиано, имеющего огромное (по сравнению с гитарой) количество струн и конструктивных деталей, имеются свои постоянные проблемы, в том числе и со строем. Даже такой большой плюс как широкий диапазон именно в плане точности строя создаёт дополнительные затруднения. Строго говоря, по-настоящему хорошо, как правило, строят только концертные рояли лучших фирм, за которыми постоянно следят высококвалифицированные настройщики, каковых (как фортепиано, так и настройщиков) по словам моего знакомого фортепианного мастера, не так уж много. Основная же масса роялей и пианино строит с известной долей приближения, что, однако, не мешает любить и ценить этот инструмент. Почему же качество строя гитары так часто вызывает нарекание, и какие именно причины влияют на интонацию? Попробуем разобраться в этом вопросе, рассмотрев факторы, влияющие на точность строя гитарного исполнения.

(1) [Исключительные случаи так называемого абсолютного слуха, для которого темперированный строй является нестерпимым нарушением гармонии в данной статье не рассматриваются.]

• Лады:

Как правило, в связи со строем инструмента прежде всего вспоминают о ладах, точнее об их расположении на грифе гитары, и, при рассмотрении причин дефектов строя, часто этим и ограничиваются. Лады действительно играют важную роль в этом вопросе, но не следует забывать, что в наше время развитых технологий даже средней руки фабрика имеет средства и оборудование, позволяющие достаточно точно разместить их на грифе гитары, не говоря уже о профессиональных мастерах с хорошей столярной техникой. Небольшие индивидуальные различия в расположении костяных порожков, встречающиеся в гитарах разных изготовителей, связаны с особенностями распределения упругости и высотой струн над грифом конкретного инструмента (2). В тех сравнительно нечастых случаях, когда гитара строит неточно именно из-за ладов или порожков, исправить положение не так уж сложно, уж во всяком случае это возможно. Но проблема заключается в том, что в большинстве случаев причиной недостатков строя гитары являются вовсе не лады. Фактор, который в реальной практике значительно чаще оказывается причиной дефектов строя, это качества резонансов корпуса гитары, это качества резонансов корпуса гитары.

(2) [Небольшие отклонения от математически расчётного при расположении костяных порожков гитары так называемые припуски используются для компенсации дополнительного натяжения струны при прижатии её на ладах.]

• Обертона:

Для того, чтобы понять, каким образом резонансы корпуса влияют на строй гитары, необходимо рассмотреть ряд вопросов, связанных со звукообразованием, и первое, с чего мы начнём — это колебания струны и обертона. Дело в том, что помимо основного тона, который и даёт название ноте, в звуке музыкального инструмента присутствуют обертона, образующиеся благодаря делению колеблющийся струны на части. Обертона находятся в определённом интервальном соотношении как с основным тоном, так и друг с другом. На иллюстрации показаны формы колебания струны (3);

(3) [А.В. Волошинов «Математика и искусство».]

Проблемы строя в гитарном исполнительстве. Часть первая., изображение №1

Первая форма — это основной тон. Его образует колебание струны целиком. 2) Деление струны пополам составляет октаву от предыдущей формы колебания. 3) Следующее деление струны на три части — образует квинту от предыдущей октавы. 4) Делясь на четыре части, струна образует интервал кварты от предыдущий квинты. 5) При делении на пять частей струна образует большую терцию от предыдущей кварты. 6) Шестой и пятый обертона образуют между собою малую терцию. Все консонансы натурального звукоряда заключены в первых шести гармониках, образуемых колебаниями струны. Стоит заметить, что с повышением номера гармоники степень консонантности интервалов убывает. 7) Седьмой обертон с шестым составляет нечто промежуточное между большой и малой терцией. Благозвучным его не назовёшь, но учитывая то, что на мелких колебаниях амплитуда струны значительно снижается, а, соответственно, снижается и громкость обертонов, которые эти колебания производят, то седьмой обертон, будучи значительно тише предыдущих, вносит лишь некую остроту, краску в спектр звучания гитары. Вообще в формируемом струной звукоряде таких «междутоновых» звуков несколько: в добавок к седьмому это ещё 11, 13 и 14 обертон, последний является октавным удвоением седьмого. В натуральном звукоряде присутствуют также интервалы большой и малых секунд. Наличие в естественном спектре струны таких мало-консонансных интервалов как секунды и малопонятных и неблагозвучных «междутоновых» звуков, для которых даже не придумано названия, на мой взгляд, глубоко символично, и имеет в том числе и философское значение. Жизнь не соткана только из хорошего и красивого. Прекрасное перемежается с безобразным, да и добро мы можем по-настоящему понять и оценить, только сравнивая со злом. Музыка, как и искусство в целом, это отражение жизни, размышление над нею, переосмысление. Чтобы это музыкальное размышление не страдало однобокостью, звучание исполнителя должно иметь все грани и оттенки. В случае с гитарой, звучание, формируемое колебаниями струны, является художественным ресурсом исполнителя. Консонансы (нижняя часть обертонового спектра) — значительно громче. Именно в этом закон колебания струны, по сути, закон природы, совпадает с человеческими устремлениями, когда хочется, чтобы красоты и добра было больше. Но реальность сложнее и многограннее. Присутствие в спектре звучания диссонансов позволяет музыканту отразить жизнь во всей её полноте и разнообразии. Гитара — один из тех инструментов, на котором, благодаря прямому доступу к струне (без посредства молоточка или смычка), имеется максимальная возможность управлять относительной громкостью обертонов, по сути, тембром инструмента.
В качестве иллюстрации многогранности и относительности добра и зла стоит сказать, что предоставляемая гитарой свобода звукотворчества — безусловное добро для настоящего музыканта. Тем не менее, для некоторых профессионально неподготовленных исполнителей этот излишек свободы оборачивается их неспособностью добиться от инструмента качественного звучания, то есть злом. Зачастую лишь спасительные возможности современной звукорежиссуры позволяют таким гитаристам продолжать карьеру «музыканта».

Возвращаясь к основной теме статьи подытожим: извлекая из инструмента ноту, мы фактически получаем целый аккорд (основной тон вместе с обертонами), слушая интервал мы реально слышим и сравниваем два обертоновых аккорда. Степень погрешности строя обертонов внутри ноты-аккорда, называют — негармоничностью обертонов. Определённая минимальная негармоничность обусловлена самой природой колебания струны, ведь при делении на части колеблющаяся струна изгибается, и возникающие в ней при этом напряжения приводят к некоторому искажению тонов. Но негармоничность, вносимая струною (подразумевается качественная струна), сравнительно небольшая, основное же искажение даёт корпус гитары.

• Корпус инструмента:

Дело в том, что слушая звучание гитары, мы слышим не колебание струны (у поверхности которой слишком маленькая площадь), мы слышим колебание раскачиваемого струной корпуса гитары (4). Как бы точно не звучала струна, корпус, преобразовывая её колебания, искажает их. Насколько и как он искажает колебания струны, зависит от класса инструмента (и от звукоизвлечения). Если быть до конца точным, то класс инструмента определяется способностью его корпуса усиливать колебание струны с минимальным искажением. Этот фактор формируется мастером путем настройки резонансов дек, которые, будучи приклеенными к обечайкам, и составляют корпус гитары. Именно степень согласованности работы резонансов корпуса и объёма воздуха, заключённого внутри него, влияют на все качества инструмента, в том числе на чистоту строя.

(4) Если быть совсем точным, то мы слышим колебания воздуха, который доносит до уха вибрацию корпуса инструмента.
На рисунке показаны некоторые формы колебаний резонансов верхней деки.

Erik Jansson «Acoustics for violin and guitar makers».

Проблемы строя в гитарном исполнительстве. Часть первая., изображение №2

В случаях, когда искажения, вносимые резонансами корпуса, значительны, слух воспринимает это как недостаток строя гитары, и никакими манипуляциями с ладами и порожками это не исправить. Иногда искажения бывают настолько велики, что дефекты строя слышны не только в интервалах, но и в отдельно взятых нотах (в этом случае мы слышим погрешности строя между обертонами ноты). Исполнителю, стремящемуся к профессиональному результату, необходимо при приобретении гитары, обратить внимание на эти факторы, так как многие дефекты строя, такие как наличие негармонических и шумовых призвуков, неустойчивость в послезвучии (когда точная в начале нота в дальнейшем изменяется по высоте, как бы «плавает») обусловлены прежде всего именно качеством работы корпуса гитары.

Но и это ещё не всё. Проблема качественного строя в гитарном исполнительстве не ограничивается только инструментом. Вопрос гораздо шире и сложнее. Даже обладание гитарой высокого класса не гарантирует, что интонация исполнителя будет образцовой, так как многое зависит от его личного мастерства и профессионализма. Исполнитель действительно способен серьёзно влиять на интонацию. Один и тот же инструмент в руках одного гитариста может строить профессионально, а в руках другого вызывать серьёзные нарекания по качеству строя. Этот вопрос, а именно «человеческий фактор», влияющий на точность строя, мы рассмотрим в следующей части.

Часть вторая: «Человеческий фактор»

• Влияние исполнителя

При обсуждении строя гитары часто забывают, что важнейшим фактором, влияющим на качество интонации, является исполнитель. Если в случае со скрипкой его роль всем очевидна, то с гитарой так бывает далеко не всегда. Проценты в данном случае весьма условны, но, я бы сказал, что при игре на гитаре точность интонации зависит от исполнителя процентов на 50-60. Многих такое утверждение возможно и удивит. «Ну как же, — возразят они, — есть струна и есть лад, на котором мы эту струну прижимаем. Что уж тут настолько сильно может зависеть от человека?» Попробуем разобраться, каким образом гитарист влияет на качество строя.

• Выбор гитары

Первое, о чём следует упомянуть — это выбор гитары. Без преувеличения можно сказать, что на этом этапе исполнитель закладывает основу своей будущей интонации. Как ни странно, зачастую при выборе инструмента для музыкальной работы на качество строя обращают недостаточное внимание. Среди гитаристов есть некое поветрие, заставляющее в первую очередь обращать внимание на громкость, далее на тембр (как его понимают), но пренебрегать важностью качественной интонации. Нередко можно встретить гитариста, имеющего звания и регалии, но при этом в своей исполнительской деятельности мирящегося с откровенно плохой интонацией своего инструмента.

• Настройка

Следующим фактором в этом ряду является настройка. Беря в руки гитару, настроенную другим человеком, почти всегда исполнитель начинает подстраивать (или, что случается не так уж редко, расстраивать) её «под себя». Связанно это с тем, что люди слышат по-разному. Чтобы понять, почему это происходит, следует разобраться в том, что именно они слышат? Мы уже говорили о негармоничности обертонов и о том, что сравнивая и настраивая между собой две ноты, мы, по сути, сравниваем и настраиваем два обертоновых аккорда. Какие именно звуки этого «аккорда» слышит, выделяет и учитывает при настройке конкретный человек, обусловлено индивидуальными особенностями его слуха. При этом нельзя забывать, что этот «аккорд» (тон с обертонами) продлён вверх на несколько октав, а у многих людей есть ярко выраженные частотные особенности восприятия звука. То есть нижние, средние и верхние составляющие обертонового аккорда люди слышат с разной степенью отчётливости. В силу этого настройка инструмента разными гитаристами несколько отличается. Конечно же, настраивая гитару, музыкант не думает ни о каких верхних, средних и прочих частотах. Изменения степени совпадения между собой различных групп обертонов настраиваемого интервала воспринимается гитаристом (и слушателем) как изменение характера звучания (1). То есть, настраивая гитару, мы настраиваем в том числе и её тембр. Конечно лишь в некоторой степени, но это важный штрих, который наряду с подбором струн и звукоизвлечением создаёт характерное, индивидуальное для данного музыканта звучание.

Исходя из сказанного, хочется также упомянуть о порочности распространённой практики настраивать гитару с помощью тюнера. Почему это плохо? Во-первых, тюнер показывает только нижний (самый интенсивный) звук ноты, но не обертона. Настраивая две ноты между собой, тюнер настраивает основной тон одной ноты с основным тоном другой, без учёта обертонов. Человек же слышит эти две ноты с обертонами как два обертоновых аккорда и при настройке способен учитывать негармоничность обертонов, характерную именно для данной гитары. При этом слух исполнителя, в отличие от тюнера, воспринимает настройку как сумму совпадений целого ряда тонов, содержащихся в интервале. Это означает, что при высокой квалификации музыканта, его настройка «ушами» всегда будет стройнее, чем настройка по тюнеру. Ну и второе: настраивая тюнером, мы отказываемся от попытки создать индивидуальную, присущую только нам, интонацию. Тюнером можно пользоваться, настраивая первую струну, остальные же лучше и точнее настраивать «на слух».

(1) [Речь в данном случае идёт о вариантах профессиональной настройки.]

• Ошибки в настройке

Стоит также отметить целый ряд ошибок, часто встречающихся при настройке гитары. Их можно объединить в одну: пренебрежение фактом, что гитара инструмент темперированный(2).
В темперированном строю точными являются только октавы и унисоны, остальные интервалы имеют некоторую, сравнительно небольшую погрешность, к которой за столетия существования темперации большинство музыкантов и слушателей привыкло. А вот попытки настроить, например, чистую (не темперированную) квинту или большую терцию, приводят к уже заметному нестрою в других интервалах. Порочна и часто встречающаяся практика настраивать по квинтовым и квартовым флажолетам. Потому что забывают, что флажолет — часть натурального звукоряда, и настроенная по нему соседняя струна будет иметь ощутимую погрешность при прижатии на ладах, так как лады гитары разбиты в рамках равномерно темперированного строя. При настройке можно пользоваться октавными флажолетами, так как октавы одинаково точны, как в натуральном, так и в темперированном строях.
Исключением может быть встречающаяся у выдающихся музыкантов практика настройки гитары в расчёте на конкретную пьесу и преимущественно встречающиеся в ней интервалы (и аккорды), точности которых в рамках данного произведения придаётся большее значение. При этом иногда подразумевается готовность закрыть глаза на неизбежную, в рамках такого подхода, большую погрешность некоторых других интервалов (3).

Часто встречающаяся практика настраивать струну по соседней не так уж плоха, но в этом случае, во избежание накопления погрешности, полезно в итоге проверить их все по одной и той же, например, по первой.

(2) [Литературы, посвящённой темперации немало, но, поскольку далеко не все её читают, попробую на простом примере, буквально в нескольких словах, пояснить, что же это такое. Возьмём для примера от ноты «до» чистую (то есть не темперированную) квинту вверх, получив при этом ноту «соль». Далее, от этой «соль» продолжим вверх чистую кварту. В результате мы получили ноту «до» на октаву выше предыдущей. Но если мы сравним полученную ноту, с той, от которой мы начинали строить эти интервалы, то увидим, что точность полученной таким образом октавы далека от совершенства. То есть сумма интервалов квинты и кварты оказывается лишь приблизительно равной октаве. И это справедливо для всех комбинаций интервалов, а значит, что при попытке выстроить ноты инструмента в «чистом» строю, мы столкнёмся со множеством подобных нестыковок. Становятся понятными сложности настройки, особенно инструментов с фиксированным звукорядом. Так вот, темперация — это выравнивание погрешности внутри октавы таким образом, чтобы интервалы, имея минимальную погрешность строя между собой, в сумме давали точную октаву. В этом случае удаётся согласовать даже звучание интервалов инструмента, имеющего несколько октав. Конечно, музыканты далеко не сразу согласились и приняли такой вариант настройки, когда все интервалы внутри октавы имеют некоторую погрешность, но развитие и усложнение музыки просто потребовало этого. Кстати, Иоганн Себастьян Бах был сторонником новой на тот момент системы настройки, и, написанный им специально для неё «Хорошо Темперированный клавир», возможно было исполнить только в темперированном строю.]

(3) [Такого рода настройку использовал Андрес Сеговия.]

• Технология

Пришла очередь поговорить о том, как исполнительская техника влияет на качество строя гитариста.
В первую очередь это касается левой руки: излишнее передавливание струны или сдвиг её в сторону сильно искажают интонацию. Особенно заметно это проявляется в верхних позициях, так как рабочая длина струны там меньше, передавливание и сдвиг приводят к значительному завышению ноты. Действия левой руки должны быть выверенными и точными, прижатие струн требует минимального усилия, достаточного для чёткой фиксации струны на ладах, но не более. Это довольно сложная технически-интонационная задача для гитариста, но вряд ли она сложнее, чем аналогичная задача скрипача, у инструмента которого ладов и вовсе нет. Частой проблемой гитаристов является то, что многие начинают учиться играть на посредственной, совершенно не строящей гитаре. На таких инструментах, техника левой руки мало влияет на интонацию, так как в этом случае гитара сама по себе звучит настолько грязно, что сдвиг или передавливание струны исполнителем, способно изменить немногое. На фоне высокой негармоничности звучания самого инструмента, погрешностей прижатия струн гитаристом просто не заметно. Игра на таких гитарах часто приводит к небрежному отношению к исполнительской технике, закрепленному многолетней привычкой. Позже, при смене инструмента на профессиональный, гитаристу приходится либо переучиваться, на что уходит много времени и сил, либо уже окончательно смиряться с неточной интонацией.
Если влияние на точность строя левой руки обычно не вызывает сомнения, то роль правой для многих менее очевидна. Тем не менее, техника звукоизвлечения, то есть техника правой руки, влияет не только на характер обертонов (тембр), но и на степень их негармоничности (строй). Ведь контактируя со струной, а при посредстве струны и с корпусом гитары, исполнитель значительно влияет на степень согласованности, то есть гармоничности его колебаний. Выше уже говорилось о том, что в делящейся струне возникают напряжения, которые приводят к некоторому искажению тонов. Степень и характер данных напряжений помимо прочих факторов, зависит в том числе и от звукоизвлечения. Нетрудно догадаться, что излишнее (или неправильно приложенное) усилие, приводит к увеличению внутренних напряжений в струне и, как следствие, усилению степени негармоничности обертонов.
Звукоизвлечение — тема тонкая и сложная, требующая полноценного диалога с собеседником. Отмечу лишь, что одной из основных проблем здесь являются так называемые «зажимы» (излишки мышечного напряжения в кисти, плече, спине), которые приводят к снижению контроля над точностью движения при извлечении звука, а это, в конечном счёте, сказывается не только на качестве тембро-динамической палитры звучания, но и на степени негармоничности обертонов.

• Парадоксы строя

Стоит также рассказать о некоторых парадоксах, связанных со строем гитары. Первое, довольно часто встречающаяся явление, которое можно отнести к такого рода парадоксам, это то, что при смене гитары на инструмент более высокого класса (и соответственно качества строя) исполнителю зачастую бывает значительно труднее его настроить. Такое, на первый взгляд, неожиданное и непонятное явление, объясняется довольно просто. У посредственного инструмента шумовые и негармонические призвуки являются как бы постоянно присутствующим звуковым фоном, в значительной степени маскирующим неточности интонации. Вернее этот фон, иногда даже вкупе с откровенными биениями между обертонами, сам по сути является неточностью интонации. Никакая точная подстройка не способна принципиально изменить ситуацию, её (подстройку) просто «не слышно» на таких гитарах. На инструменте, строящем более качественно, и с отсутствующим (во всяком случае небольшим) шумовым и негармоническим фоном, интонационные шероховатости, связанные с неточно настроенной струной, значительно лучше слышны, и возникает необходимость более тщательной и точной настройки, так как относительно общего чистого звучания инструмента малейшее отклонение строя явственно слышно. Зачастую это означает, что гитарист практически заново учится настраивать.

• Мера ответственности

Следующим обстоятельством, которое можно отнести к парадоксам строя, является уже упомянутый выше факт, что на инструменте высокого класса действия гитариста значительно больше влияют на качество интонации, (как собственно и на тембр и оттенки громкости). При этом возрастает личная мера ответственности исполнителя за строй гитары, что, кстати, профессионально не готовых к этому исполнителей может ставить в неудобное положение. Поясню: инструмент посредственный имеет значительные погрешности строя практически в фоновом режиме. Все усилия исполнителя могут этот «нестрой» лишь несколько уменьшить, но не убрать полностью. В силу этого гитарист привыкает к тому, что особенности его моторики мало влияют на точность звучания нот. Годами играя на таком инструменте, исполнитель зачастую перестаёт замечать этот нестрой. Получив же гитару строящую намного более точно, он сталкивается с тем, что его действия способны заметно влиять на качество интонации. Причём влиять точечно: не настроил струну, пережал её — всё это на общем фоне более чистого звучания инструмента приводит к чётко слышимым погрешностям. Мне приходилось сталкиваться с ситуацией, довольно ярко иллюстрирующей сказанное. Знакомый гитарист, сменив инструмент на профессиональный, неожиданно удивил меня разговорами о проблемах строя своего нового инструмента. Слышать это было странно, тем более что мне знакома его предыдущая гитара, звук которой изобиловал шумовыми и негармоническими призвуками. При взятии одной ноты мы слышали как минимум три, причём с заметными неравномерными биениями между собой. При этом жалоб на строй той гитары у него не было. Новый же инструмент имел все признаки профессионального, в том числе достаточно чистое и чёткое звучание. И вот мы присутствуем на импровизированной экспертизе: вышеупомянутый гитарист играет на своём новом инструменте, и, как нетрудно догадаться, в его игре проявляется весь «джентельменский» набор ошибок, начиная от неправильной настройки и заканчивая вышеописанными дефектами техники игры. По счастью, присутствующий на мероприятии его более профессиональный коллега, качественно настроив гитару и сыграв несколько фрагментов и аккордов особенно проблемных у первого гитариста, спросил: « -Ну как, строит?», « — Да, стало лучше», неохотно признал первый. Дальнейшее в таких случаях зависит от конкретного человека. Один, поступившись мелким самолюбием, начнёт менять подход к исполнительству и постепенно добьётся качественной профессиональной интонации. Другой же, помыкавшись на непривычной для него гитаре, которая, что называется, «палит» его профессиональные недостатки и буквально заставляет учиться играть надлежащим образом, снова сменит инструмент на более привычный, непрофессионально-грязно звучащий, вернувшись к тому, от чего пришел. Тем более, что в гитарной среде, интонационно-несовершенное звучание, к сожалению, не такая уж редкость.
Безусловно, мне ближе первый подход. Я также прошел через подобные этапы личного развития и как профессиональный мастер и как гитарист-любитель. Сделав качественный рывок в работе гитарного мастера, иногда требовалось какое-то время, чтобы научиться по-настоящему точно настраивать свой собственный новый инструмент. К слову сказать, техника звукоизвлечения за последние годы также претерпела значительные изменения. Следуя за изменениями в отзывчивости и качестве управления инструментов, она из силовой и агрессивной постепенно превратилась в более непринуждённую, свободную. Основываясь на опыте, могу утверждать определённо, это вовсе не преувеличение, одна и та же гитара в разных руках может строить, как вполне профессионально, так и совершенно неудовлетворительно.

• Отход от точности

Расскажу ещё об одном парадоксе гитары. При наличии точности и цельности строя, у музыканта появляется дополнительный выразительный ресурс, а именно — отклонение от точности. Дозировано изменяя интонацию, например, подтягиванием струны, можно в некоторых местах произведения добиваться определённого звучания. Восприятие этого звучания зависит от контекста данной пьесы, но чаще всего оно слышится как более напряженное, тревожное. Подобный штрих по-настоящему эффектен только при общем точном и цельном звучании, так как лишь в этом случае реально заметен и контрастен. Он требует не столько технического, сколько художественного мастерства. В качестве яркого примера можно привести гениальное исполнение «Аранхуэского концерта» Пако де Лусией, где музыкант используя описанный приём, усиливает драматизм средний части произведения.
В заключительной, третей части статьи речь пойдёт о связи качества строя с эстетикой звучания инструмента…

Часть третья: Эстетика.

• Эстетика

Чем дальше заходит обсуждение строя гитары, тем в большей степени приходит понимание важности данного вопроса. Качество строя неразрывно связано с эстетикой звучания, то есть с качеством тембра. В чём именно заключается эта связь? Давайте спросим себя, а чем вообще отличается музыкальный звук от немузыкального? Прежде всего степенью упорядоченности, то есть внутренней организованностью всех компонентов звучания. Звук неупорядоченный мы воспринимаем как шум. Для того чтобы стало возможным определить высоту звука, он должен иметь определённое количество колебаний в секунду, а это и есть начало упорядоченности. Но даже наличие определённого количества колебаний в секунду, уже позволяющее определить высоту звука, ещё не делает его музыкальным, пока это просто звуковой сигнал. Чтобы этот сигнал стал подлинно музыкальным звуком, помимо основного тона он должен содержать другие компоненты звучания – обертона. Более того, важна внутренняя организация этих компонентов звучания. Высота ноты с плохо состроенными обертонами идентифицируется гораздо хуже. В случаях высокой степени негармоничности (т.е. нестроя) обертонов они воспринимаются как шумовой призвук. Гармоничность (или точность строя) обертонов воспринимается как более упорядоченное звучание.
Выстроенность обертонов даёт ещё один плюс: при высокой степени гармоничности интервалы имеют хорошо узнаваемый рисунок звучания. Как рассказывал один мой коллега — гитарный мастер, в музыкальной школе на уроках сольфеджио их учили распознавать взятые на рояле интервалы с чётко узнаваемым характером. Для наглядности учитель приводил образные сравнения. Например, кварты по его словам «каркали». Но вот в звучании интервалов взятых на гитаре, в отличие от качественного рояля и скрипки, не было столь чётко узнаваемого рельефного звукового рисунка. Позже выяснилось, что на некоторых гитарах этот характерный рисунок всё же слышен, и его наличие можно использовать как безошибочный критерий, позволяющий определять класс качества инструмента.
Наблюдения моего коллеги абсолютно верны: слияние упорядоченных по высоте обертонов двух взятых одновременно нот образует чёткий, хорошо узнаваемый для каждого конкретного интервала рисунок. При меньшей гармоничности мало организованно звучащие обертона интервала, смешиваясь между собой, образуют хаотизированную «кашу», и интервал, теряя характерный для него рисунок звучания, становиться заметно хуже узнаваем (1). То есть, при восприятии музыкального звука, эстетика, как отдельной ноты, так и интервалов, а равной степени и аккордов, тесно связаны с качеством строя. Конечно, это не единственный фактор, определяющий красоту звучания, но один из важнейших.
В дополнение к сказанному замечу, что далеко не случайно многозначное слово «интонация» имеет такие не совпадающие на первый взгляд значения как «воплощение художественного образа музыкальной фразой» и «степень акустической точности воспроизведения высоты тонов и их соотношений» (то есть фактически точность строя). Ведь в воплощении художественного образа музыкальной фразой, помимо артикуляционных, агогических исполнительских штрихов, заметную роль играет степень акустической точности тонов. Мелодия, а равно и гармония — это в том числе и набор интервалов. А художественное восприятие музыкального интервала заметно меняется в зависимости от степени его точности.
(1) [Степень узнаваемости и рельефность характерного рисунка интервала, связанная, как с организованностью, так и с интенсивностью звучания обертонов, действительно один из характерных признаков качественного инструмента. И если в басу, где обертоника интенсивнее, такой рисунок звучания может иметь сравнительно широкий круг инструментов, то сохранение характерного рисунка в интервалах верхнего регистра — признак инструмента выдающегося ].

• Не бойтесь совершенства!

При обсуждении темы строя инструмента мне приходилось слышать такое возражение: «Должны быть разные гитары, и грязно звучащие тоже, ведь в музыке, как и в жизни, всё не однозначно, да и, в конце концов, если гитара не имеет некоторой степени негармоничности, она будет звучать скучно, как синтезатор». Возражение нелепое, даже дилетантское по своей сути. Во-первых, живой акустический инструмент, в отличие от синтезатора, всегда имеет какой-то уровень негармоничности. Прежде всего из-за изгиба и связанных с этим напряжений в делящейся на части струне. А также из-за некоторой неравномерности внутреннего строения, присущей древесине, из которой сделан корпус инструмента. Погрешности конструирования тоже вносят свою лепту. Здесь уместно процитировать Сальвадора Дали: «Не бойтесь совершенства, вам его не достичь». Во-вторых, в самом спектре звучания струны присутствуют мало-консонансные интервалы, которые естественным образом разнообразят характер звучания гитары. При этом (это принципиально важно!) не нужно путать мало–консонансные (или диссонансные интервалы) и просто нестроящие. Например, секунда, особенно малая, безусловный диссонанс, но это не исключает необходимости точного строя этого интервала. Более того, на практике мы знаем, что нестроящий консонанс — это «цветочки», а вот нестроящий диссонансный интервал — прямо таки наказание для слуха. Сравните, например, нестроящую октаву с нестроящей секундой, разница что называется «на лицо»: в интервале секунды даже небольшой дефект строя приводит к заметному ухудшению тембра, а значительный — к превращению её из музыкального интервала практически в шум.

• Философия и «философия» звука

Разбирая данный вопрос, мы натолкнулись на объяснение причин широко распространённой практики извлекать звук движением пальца вдоль струны. Таким способом срезается верхняя, менее консонансная часть спектра звучания. Ведь в посредственных инструментах, из-за высокой степени негармоничности обертонов, верхняя часть спектрального состава струны способна в значительной мере ухудшать качество звучания. Извлекая звук подобным способом, гитарист заметно снижает относительную громкость верхних частот, оставляя только несколько ближайших к основному тону консонансных обертонов. Звучание при этом безусловно обедняется, а его драматургические возможности значительно уменьшаются. Инструмент высокого класса с хорошо состроенной и сбалансированной обертоникой не нуждается в подобных ухищрениях (2). Хорошо выстроенные верхние тона его спектра сбалансированные консонансными гармониками формируют насыщенный, яркий, полный глубокого драматизма звук, способный передавать глубочайшие эмоции и тончайшие оттенки. Но зачастую гитарист, привыкший на посредственном инструменте смягчать высокую негармоничность звучания движением пальца вдоль струны (3), даже, получив в руки инструмент высокого класса, продолжает привычно срезать верхние частоты. Сформировалось даже чуть ли не «философия» такого,с позволения сказать, «мягкого» гитарного звучания. Странно только, что при этом забывается казалось бы простая вещь: музыка разнообразна и требует такой же максимально разнообразной палитры, гаммы выразительных средств. Урезанный частотно движением пальца вдоль струны звук, бывает органичен лишь при исполнении отдельных фрагментов музыкального произведения, в большинстве же других случаев ему не хватает выразительности, драматизма (4). Субъективно он зачастую воспринимается как недостаточно громкий. Гитарист же вместо пересмотра тембровой палитры своего исполнения занимается поисками какой-то особой громкости, забывая о том, что при подобном характере звучания добиться впечатления большой силы звука очень сложно.
(2) [Именно по этой причине, как многие, наверное, замечали, на топовых инструментах игра возле подставки, при которой громкость обертоники максимальна, приводит не к ухудшению тембра звучания, а изменению его качественно, звук становиться значительно более плотным, насыщенным и экспрессивным.]

(3) [Есть и другие способы смягчать звучание, например, злоупотребление игрой на розетке (Sul tasto).]

(4) [О том почему в гитарном исполнительстве так важна яркость, насыщенность звучания я уже подробно писал в статьях посвященных Сантосу Эрнандесу и Герману Хаузеру.]

• Инструмент

Уже не в первый раз в этой статье, инструмент посредственный противопоставляется инструменту высокого класса. Это не случайно, так как по многим своим характеристикам это действительно совершенно разные инструменты, требующие, соответственно, и разного подхода. Зачастую переход к гитаре высокого класса фактически означает, что многим вещам придется учиться заново. Поскольку речь зашла об инструментах как таковых, а мне как гитарному мастеру эта тема близка, позволю себе высказать несколько соображений на этот счёт.

Начнём с того, что вопреки распространённой практике пренебрегать данным вопросом, качество строя — это одна из базовых, основополагающих характеристик инструмента, причем не какого-то сверх-высокого уровня, а нормального, претендующего называться профессиональным. Если же говорить о гитаре (равно как и исполнителе) действительно высокого класса, то чистая и точная интонация — это один из характерных признаков такого инструмента (и исполнителя). В некоторых своих проявлениях законы эстетики неумолимы: по-настоящему крупный музыкант не будет играть на плохо строящем инструменте. При этом следует помнить, что «крупный музыкант» — это не герцогский титул, с ним не рождаются. Талантливый человек, попадая к разным педагогам и в разное окружение, может стать как серьёзным и интересным музыкантом, так и очередным раскрученным лауреатом международных конкурсов. Качество инструментов, на которых он работает, вносят в процесс формирования его личности важнейшую лепту. Наблюдая за становлением и развитием исполнителей, я замечал, как в процессе профессионального совершенствования у гитариста возрастают требования к различным аспектам звучания, среди которых далеко не на последнем месте и интонационная точность. Развивающийся вкус и слух начинает находить изъяны в качестве строя тех инструментов, которые ещё несколько лет назад казались вполне удовлетворительными.
Подытоживая сказанное, замечу, что в случаях когда мы слышим неравномерное послезвучие («плавающие ноты»), неравномерные биения в интервалах или отдельных нотах, высокую степень негармонических и шумовых призвуков, напоминающих плохое вибрато, мы должны понимать, что перед нами посредственный инструмент, и никакие другие, мнимые или реальные достоинства такой гитары этот недостаток не перевесят. Общаясь на эту тему с гитаристами, я несколько раз слышал возражения типа: «У гитарной публики слух в отношении строя не очень избалованный и требовательный, так что не имеет смысла придавать этому большое значение». Такое заявление, пожалуй, не имеет смысла комментировать, хотя иногда не удержишься и ответишь: «а вдруг на Ваш концерт придут не гитаристы?».

• Здоровье

Ещё несколько лет назад я, пожалуй, не рискнул бы заговорить на тему, о которой сейчас пойдёт речь. Если всё изложенное до сих пор, хотя и нельзя назвать широко известным, тем не менее, при наличии доброжелательного диалога, достаточно легко объясняется и аргументируется, то тема этого раздела несколько сложнее, пускай читатель воспринимает её, ну скажем, как дополнение, не входящее в основной текст статьи.
Довольно давно я заметил, что играя на инструменте высокого класса или слушая его, у меня улучшается самочувствие. Наступает комфортное и приятное, прямо таки физически ощущаемое состояние, как при просмотре хорошего фильма, общении с приятными людьми, красивой девушкой, созерцании природы, архитектуры. Для этого нужно отвлечься от всего постороннего и внимательно слушать звучание инструмента. Конечно, при этом подразумевается хорошее звукоизвлечение и достойное исполнение, но, на самом деле, при высоком эстетическом уровне звучания гитары бывает достаточно просто взять несколько звуков (нот или аккордов). Речь, конечно, идёт не только о хорошем строе, но уже и о эстетическом уровне инструмента. Но качество интонации принципиально важно, так как при дефектах строя об эстетике говорить не приходится. Эффект работает и в обратную сторону: при высокой степени негармоничности звучания гитара «давит на уши» и на мозг, от такого звука устаёшь, а при длительном вынужденном прослушивании наступает обратный эффект, хорошо выраженный во фразе: «как будто пыльным мешком по голове». И хотя к нестрою привыкают и перестают замечать, тем не менее, по моим наблюдениям, его отрицательное влияние на самочувствие и даже здоровье лишь смягчается, но не пропадает совсем. Вибрация инструмента, на протяжении многих часов, дней, лет, а то и десятилетий, безусловно сильно воздействует на человека, проводящего с гитарой столько времени. «Долгожители» в исполнительстве — это люди преимущественно играющие на хороших инструментах, в ином случае к 35–40 годам начинаются жалобы на больные руки, спину, шею и прочее. Качество игры исполнителя при этом заметно падает. Гитарист либо благоразумно уходит в «преподавание», либо продолжает выходить на сцену под недоброжелательный шепоток: «Он уже не тот что был». Конечно, инструмент при этом далеко не единственный, но очень значимый фактор. Общее самочувствие, состояние здоровья и качества инструмента, с которым проводишь долгие часы, вещи взаимосвязанные. Здесь я изложил свои личные наблюдения. Что же касается объяснения этому явлению, то в последние годы в интернете появился целый ряд публикаций, в той или иной степени затрагивающие данную тему. Если обобщить и вкратце изложить их суть, то можно сказать следующее: вибрации способны влиять на организм человека, причём, как на внутренние органы, каждый из которых имеет свои резонансы колебаний, так и на внутриклеточном уровне. Гармоничные, то есть высокоупорядоченные вибрации действуют на организм человека благотворно, вибрации хаотичные (в рассматриваемом примере вносимые различными дефектами работы корпуса, струны, помещения, неправильным звукоизвлечением и.т.д.) действуют деструктивно.
Заключение.
Читатель, выдержавший чтение этой статьи, наверное уже понял, что точность интонации исполнителя — это не то, что возникает внезапно по мановению волшебной палочки. Достигаемый профессионализм — это результат длительной и кропотливой работы, зачастую растягивающейся на годы. Впрочем, также как и работа над разнообразием и качеством динамических и тембровых оттенков, ритмом агогикой (5) и другими творческими аспектами исполнения. Качество интонации — неотъемлемая часть художественного образа музыканта, в которой инструмент играет значительную, но всё же далёко не единственную роль. Отвечая на вопрос, поставленный в начале данной статьи: «Строит ли классическая гитара?» — скажу «да». В лучших своих проявлениях безусловно строит, причем на том высоком профессиональном уровне, который предъявляет современное музыкальное исполнительство. То есть принципиально вопрос решаем. На более общем уровне картина довольно пёстрая, и одной из целей написания статьи было обратить внимание на данную проблему. Надеюсь, что вышеизложенное поможет разобраться в затронутых вопросах.
Конец.
(5) [Хочется также предостеречь читателя от слишком прямолинейного восприятия изложенного в статье и напомнить, что качество строя — это лишь один из аспектов исполнительства в ряду многих других, таких как динамический и тембровый диапазон, агогика, артикуляция, ритм и строй, и по объёму внимания ему уделяемого всё же не должен заслонять всё остальное. И уж тем более хотелось бы предостеречь от примера тех, по счастью немногочисленных гитаристов, для которых поиски дефектов строя в инструменте превратилось в занятный спорт. При этом, как ни странно (или, возможно, закономерно), зачастую многие из них, имея часть или даже весь набор исполнительских технологических дефектов, описанных в разделе «Влияние исполнителя», совершенно игнорируют тот факт, что эта же самая гитара в руках большинства коллег строит значительно точнее чем у них.]

Равиль Каримов

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

два × 4 =

Наверх